Ночь увлекала чувственной манерой,
Ночь отвергала белою рукой -
То обращаясь женщиною зрелой,
А то дразнилась девочкой смешной.
А в глубине потухшего сознанья
Взрывалось всё на мириады звёзд...
В сияющем потоке мирозданья
Меня Орёл мерцающий унёс.
И я не мог ни говорить, ни слушать,
Я был никто, я сам себе не свой,
И в эту ночь я рвал зубами душу,
Я рвал свою, а хочется чужой.
