1 2 3 4 5 6
- Что внутри тебя, дружок
- Что ж вы, бесы скачите по стене беленой
- Что же такое с мужем
- Что за жизнь у нас, ребята
- Шахматы
- Шесть шагов
- Эй, ямщик, хлестни покруче
- Экскурсия
- Эпос
- Это вроде бы пустяк
- Я - это я
- Я везу с собой любовь
- Я картину рисовал, взял бумаги лист
|
Эпос
Слова: Л. Сергеев
Исп.: Леонид Сергеев
В маленьком уездном городишке,
Нет... не в городишке, - в деревушке,
Девушка жила, - красива слишком, -
Так о ней судачили подружки.
А она, тряхнув короткой стрижкой,
Бегала с ватагою мальчишек,
И ветрам открыв свои подмышки,
Вырастала из своих платьишек.
Девушку прозвали Каэскюлля,
Что по-фински значило - Маришка.
И в её родимом Ювяскюлля
Все её любили, - даже слишком.
Старый Тойво Антикайнен-младший
Под корельской сидя под берёзой,
Говорил, что нет Маришки краше,
Утирая трубкой свои слёзы.
Сын его - Лоренцо из Пьятченцы
Далеко ходил рыбачить в море.
Вместе с ним рыбачили и ненцы -
Иттэльгын и однорукий Боря.
В море волны выли и гудели,
Иттэльгын с Лоренцо пели оду!
...Однорукий тоже был при деле,
Черпаком вычерпывая воду.
Как-то раз, метнувши наудачу
Свой гарпун в районе Чичен-Ицы,
Услыхал Лоренцо крик гагачий
И увидел раненую птицу.
Гага била крыльями под ветер,
Но гарпун вонзился в тело слишком.
И вскричал Лоренцо: "Доннэр веттэр,
Ты моя Ягенка, я твой Збышко,
Нон-а-кит-а-па, моя Ундина!"...
Гага всё слабела и слабела...
И, упав на плечи Иттельгына,
От рыданий сотрясалось тело.
...Либерийский танкер "Маршал Громов"
Шел из Порт-оф-Пренсо до Карлхорста
И, уже почти подплывши к дому,
Люди увидали белый остров.
Да, друзья мои, печальной песней
На волне покачивалась гага,
Ворон смерти вился в поднебесье
И гарпун торчал, как древко флага.
Машинист лебёдки Трунчко Вилли
Поднял гагу нежно, как ставриду.
Доктор Автандил Хинкалишвилли
Обработал рану стрептоцидом.
Капитан, обветренный, как скалы, -
Петр Михалыч Зайцев, крякнул тихо,
И сказал: "(Кряк!) Немало ей досталось,
Пусть живёт, забыв про злое лихо".
И, о чудо, после промедола,
Гага как-то странно встрепенулась
И, как-будто не было укола,
Девушкой прекрасной обернулась.
Так вернулась к жизни Каэскюлля,
Возродилась для тепла и ласки.
Кто-то чёрствый скажет ну и... что-же?
Это, мол, легенды, мифы, сказки.
Нет, друзья! В камчатском пароходстве
Танкер "Маршал Громов" уважают
И его с началом судоходства
Сотни камчадалов провожают.
А команда, та души не чает
В озорной буфетчице Маришке.
Все её лелеют, ублажают,
(А Хинкалишвилли даже слишком).
А Лоренцо почернел от горя,
Многократно проклял всё на свете,
Запасной гарпун закинул в море
И теперь работает в газете.
Пишет репортажи и заметки
И кричит: "Ай лав ю, майне кляйне!"
Но лишь ветер стряхивает с ветки
Пух гагачий, словно снег печальный... |
