Луны несъеденная долька
свет продолжает мёртвый лить.
Заманчиво... Но — не настолько,
чтобы мозгами шевелить.
Бесшумная, вдруг шелковисто
летучая метнулась мышь.
И не было от крыльев свиста.
Занятно... Но занятно — лишь.
Крик женщины — ночной, истошный
в глубинах парка — плоти крик!
Невероятно... Но — возможно.
Но — миновал и этот миг.
В душе разлад и холод смерти —
в твоей, не в чьей-нибудь душе.
Конечно, страшно... Но, поверьте:
страшней в такси — на вираже!
И то не скепсис и не вьюга
во мне рождают холодок:
жизнь — счастье! Но какая скука —
одолевать её поток.
1997 г.
