Музей Шансона
  Главная  » Архив  » Заметки  » Александр Розенбаум: Голодной у поэта должна быть совесть

Александр Розенбаум: Голодной у поэта должна быть совесть

Приезжайте завтра к 14.30 в зал спортивных единоборств ЦСКА на Ленинградском проспекте. Более удачного момента для беседы с Александром Яковлевичем о спорте, вот увидите, не подобрать».

Пресс-служба Александра Розенбаума заинтриговала корреспондентов «СЭ» до предела: ведь ранее планировалось, что наша встреча с ним состоится неделей позже в родном для музыканта и поэта Санкт-Петербурге. И зрелище оказалось действительно эксклюзивным. Розенбаум предстал на ринге, в боксерских перчатках и в пропотевшей насквозь красной майке с надписью «СССР». Мы знали, что в молодости он был чемпионом Ленинграда по юношам, добоксировался до кандидатов в мастера и ушел только потому, что надо было делать окончательный выбор между боксом и медициной. Но времени-то с тех пор сколько прошло...

— О, любимый «Спорт-Экспресс»! — воскликнул музыкант, едва мы вошли в зал.

— Он самый, — ответили мы. И решили сразу же ненавязчиво продемонстрировать осведомленность о спортивном прошлом маэстро: — Никак норматив мастера спорта наконец-то решили выполнить?!

Розенбаум шутку оценил:

— Это в мои 55? Послушайте, а ведь такое не удавалось еще никому. Можно в книгу рекордов попасть!

Тут музыкант вернулся на ринг, а затем предстал и вовсе в неожиданной роли: минут десять травил молодым боксерам анекдоты всех степеней солености, которые пошли на ура. И перчатки смотрелись на Розенбауме как влитые — словно гитара во время концерта, и татуировка во все плечо («Одинокий волк, его любимый творческий образ», — пояснил помощник артиста Игорь Портков) в противоречие с возрастом не входила. Продемонстрировав это свидетельство своего брутального имиджа по пути в душ, через несколько минут Розенбаум, наконец, был к нашим услугам.

ТРИЖДЫ ПО ТРИДЦАТЬ ОТЖИМАНИЙ

— Часто удается так потренироваться? — первый вопрос напрашивался сам собой.

— Нет, хотя хотелось бы почаще. Но я в силу гастрольного образа жизни не постоянный житель какого-то города, а мигрант: сейчас вот за 24 дня побывал в 19 городах. Как оказался в ЦСКА? В ближайшие дни буду проводить своеобразный шоу-бой для одного из телеканалов. Вот и договорился со своим давним приятелем Сашей Лебзяком, которого знал еще мальчишкой. Надо же вспомнить прошлое!

— Вспомнили?

— Да. Но при этом понял, что с курением надо завязывать, какой бы давней — почти с детства

— привычкой никотин для меня ни был. Сегодня явственно почувствовал, насколько эта привычка вредная. «Дыхалка» уже не та.

— Правда, что когда-то вы побывали в нокауте?

— Да. Очень неприятные ощущения. Очень.

— Есть люди, которые сами предпочитают заниматься спортом, есть те, кому больше нравится наблюдать за соревнованиями со стороны, читать о них. Вы объединяете в себе две эти категории?

— Да, 50 на 50, пожалуй. Правда, если говорить о собственных занятиях, вынужден забыть слово «спорт». У спорта определенные возрастные границы, а все остальное — уже физкультура. Лет до 45 — 47, приезжая в очередной город на гастроли, первым делом искал тренажеры. Но где ты их найдешь во многих наших гостиницах? Сейчас уже не ищу. В конце концов, вполне достаточно, если у вас хватит силы воли, заставить себя отжиматься от пола трижды в день по тридцать раз.

— У вас хватает?

— Частенько. Меня вот спрашивают, как я поддерживаю форму. Вообще-то она у меня с молодости. Убежден, что нельзя «сделать» мышцы, если они не были сформированы тренингом в раннем возрасте. Да и работа у меня особенная. Три с половиной часа живой музыки, переезды, перелеты — все время в движении. Не даю себе «засохнуть».

НЕНАВИЖУ, КОГДА МЕНЯ УЧАТ

— С вашей личной, как вы выражаетесь, физкультурой понятно. А читаете о спорте регулярно

— «СЭ», в частности?

— Конечно. «Спорт-Экспресс» штудирую каждый день — благодаря помощнику Игорю Порт— кову, которому каким-то образом удается доставать вашу газету даже в самых отдаленных местах. Несомненно, в журналистике о спорте равных «СЭ» сейчас нет. Говорю это как человек, который постоянно читает спортивную прессу с 1957 года, когда отец подписался на «Советский спорт». О спорте трудно писать нештампованно — об этом можно судить хотя бы по тому, что хороших песен на эту тему написано очень мало. Только Пахмутовой и Добронравову несколько раз удались точнейшие «попадания в цель»: «Команда молодости нашей», «Великолепная пятерка и вратарь». У вас другой жанр, но в этом жанре незаштампован— ность у «СЭ», безусловно, присутствует.

— Почему, кстати, хорошие песни о спорте такая редкость?

— Более или менее просто придумывать о спорте песни с юмором. Потрясающе это удавалось Владимиру Семеновичу Высоцкому. А у меня есть такие строчки:

«На ринг я вышел не спеша,
Поигрывая мышцами.
Я был в порядке, «Все о'кей!» -
Сказали мне весы.
Неторопливо снял кушак
С халата сан-францисского
И подтянул до пояса
Фартовые трусы.
Я слева бил, и справа бил,
И в печень бил, и в голову,
И «двоечку», и «троечку»,
И крюк, и апперкот.
А он ударил, сука, раз -
Но, гад, как будто молотом!
И я с тех пор смотрю на жизнь
Совсем наоборот».

Но это все — «ха-ха» да «хи-хи». Если же сочинять о спорте серьезно, то нужно и темы серьезные затрагивать. Всегда, к примеру, хотел написать песню о допинге. О том, как это плохо — я врач и знаю, что любой допинг -абсолютное зло. Но мне не хочется обижать спортсменов, тренеров, государство, политиков. А спорт — в том числе и допинг — завязан на большой политике, как ни крути.

— Что вы хотели бы видеть на страницах «СЭ» и что не хотели бы?

— Ненавижу, когда меня учат, что надо делать, кого любить и кого ненавидеть. Получаю удовольствие от репортажей по любому виду спорта, если в них присутствуют тонкие психологические детали и нет навязчивых личных оценок и предвзятости. В этом смысле очень ценю телекомментатора Геннадия Орлова — и не потому, что знаком с ним уже 30 лет. Смею надеяться, что кое-что в спорте понимаю, и, когда вижу честный материал, написанный со знанием дела, читаю его с огромным удовольствием. А вот как только дохожу до мотивчика вроде «Вот наши им сейчас дадут!» — тут же останавливаюсь.

Не выношу ура-патриотизма. Мы портим спортсменов преждевременными похвалами, непонятными авансами. А самих себя — постоянными воплями о связях всех и каждого с Россией. «Шарапова — русская чемпионка». Да какая она русская? Может, она хоть что-то в составе сборной в Кубке Федерации выиграла, чтобы мы имели право о ней так говорить? Мы везде, в каждом спортивном успехе почему-то ищем российский акцент — даже если это откровенно притянуто за уши.

А футбол? В свое время, когда в очередной раз превознесли какую-то локальную победу «Спартака» и вновь пафосно назвали его «народной командой», я не выдержал и сочинил четверостишие:

Нам мир навешал столько плюх! «Спартак» в газетах — круче «Барсы». Я родину свою люблю, Но ненавижу государство!

Речь не конкретно о «Спартаке», а о том, что сам термин «народная команда» — порочный. Нельзя поднимать одних за счет унижения других. Народная команда в каждом городе своя.

— А термин «народный артист» тоже порочный?

— Да. По-настоящему народных артистов в стране десяток, не больше. Как и народных игроков. И чем меньше мы будем говорить о «народности» того или иного человека — тем лучше. Тем больше он будет трудиться. Количество аплодисментов в зале или на стадионе, количество эпитетов в прессе — это не более чем аванс на дальнейшую каторжную работу. И в спорте, и на сцене это мало кто понимает.

О ГИРЯХ В ГОСТИНИЦЕ

— Ваш земляк Андрей Аршавин подписал фантастический контракт — 12 миллионов долларов за четыре года. Как вы относитесь к таким деньгам в футболе?

— Как к объективной реальности. Да и вообще — какой смысл считать деньги Аршавина. Он же их не ворует! Он катает мяч по полю, и его мастерство оценили в 12 миллионов. А вот откуда их взяли в нашей стране -другой вопрос. Его нужно задать тем, кто эти деньги платит, но никак не самому спортсмену.

Так же и с вами: чем больше будете получать в своей газете, тем мне будет приятнее. Вы -два известных журналиста -должны получать неизмеримо больше, чем мальчик, только что пришедщий из института. В общем, я за то, чтобы профессионалам платили как можно больше, а о легальности этих зарплат спрашивали с хозяев.

— Но разве в гонке футбольных зарплат нет элемента безумия?

— Признаюсь, что не люблю фразу: «Художник должен быть голодным». Ну кто мне скажет -почему он должен ходить в валенках и жить в однокомнатной квартире?! Совесть у художника должна быть голодная — вот что важно! Когда имярек едет в своем шикарном «мерседесе», замечает людей на остановке, которые 50 минут не могут дождаться автобуса, и испытывает при этом некоторую неловкость -значит, он как человек жив. Когда он этих людей замечать перестает, не говоря уже о том, чтобы демонстративно обрызгивать их из-под колес своего «танка», — пиши пропало.

Это касается и артистов, и футболистов. Не важно, сколько у них денег. До тех пор, пока у них будет совесть, пока они будут за эти деньги рвать жилы, -ничего страшного в гонке зарплат нет. Что, Элтон Джон или Эрик Клэптон мало в своей жизни заработали? Но как они пашут! Не жиреют, пишут новые классные песни. А наши «звез-дуны» влезут в «горячую десятку», которую сами же и купили, — и море им уже по колено. Иной только что «Фабрику звезд» закончил, его два месяца покрутили на телевидении — и он уже «райдеры» (списки требований к организаторам гастролей на местах. — Прим. авт.) пишет такие, что вы бы от них с ума сошли. Гитара на концерте у них не подключена, из динамиков льется «фанера» — зато подайте 28 полотенец в гримерную, 36 пирожных с разными кремами и четырех охранников с наганами. Та же самая опасность и в футболе. Когда игроки, получив большой контракт, начинают относиться к работе, как наша попса, — на них можно ставить крест.

— А у вас «райдер» есть?

— Да. Но там все требования к техническому уровню аппаратуры. Есть, кстати, и личный «райдер», в котором только три пункта — чтобы в номере была связь и горячая вода и чтобы во дворце или театре, где выступаю, была отапливаемая гри-мерка. Долго думал: надо же, мол, и мне как-то выпендриться. И стал писать, чтобы в моем гостиничном номере были две гири. Иногда притаскивают. Но когда не находят, я скандалов не поднимаю. Это требование скорее шутка. Тем более что времени заниматься с отягощениями хватает далеко не всегда. Порой приезжаем в город и уезжаем в один и тот же день — какие тут гири?..

НЕ ВЕРЮ, ЧТО СПОРТСМЕНЫ НЕ ЗНАЮТ О ДОПИНГЕ

— Боксерские навыки приходилось применять в жизни?

— Редко. С одной стороны, тренеры не рекомендовали применять свои знания и опыт в бытовых условиях. С другой -меня многие знают в лицо. И уважают, и слегка побаиваются — в силу определенного авторитета. Благодаря этому, бывало, я «держал» очень серьезные противоборствующие компании.

— Что значит «держали»?

— А вот так — вставал в середину и не давал пускать в ход всяческие предметы. Считаю, что парой случаев в своей жизни могу гордиться. Потому что не допустил большой поножовщины и пострельщины.

— Получается, благодаря вам «над столами в морге» свет все-таки не включили. А о своем медицинском прошлом часто вспоминаете?

— Если кто-то сейчас здесь сломает ногу и рядом не окажется медпункта, мы с вами вместе оторвем какую-нибудь доску и наложим шину (слава богу, на практике этот тезис Розенбаума осуществлять не пришлось. -Прим. авх). У меня дома — как в ординаторской: большинство родных и близких — врачи. Все помню, ничего не забыл. Но очень не люблю, когда журналисты возводят это в ранг какого-то геройства. Считаю, что орать в газетах надо тогда, когда медицинский работник проходит мимо упавшего. А когда помогает инстинктивно, по образованию своему, — это норма.

— Во время концертов приходилось помощь оказывать?

— Однажды во Владивостоке, во время исполнения «Черного тюльпана» потеряла сознание женщина, у которой в Афгане погиб сын. Концерт остановили, я спустился в зал и оказал помощь. Были и другие случаи.

— Две ваши «домузыкальные» профессии — спорт и медицина -сходятся в точке допинга, о котором вы уже упоминали...

— Разговаривал я в свое время с одной из известнейших наших конькобежек. Спросил: «А почему ты столько рекордов установила за один год?» «Саша, -говорит. — Да я кололась в тот год как никогда!» А что делали с гимнастками? Тормозили окостенение позвоночника. Девочки были, может, и не приговоренными к несчастью, но оказывались недалеко от того. В годы противоборства двух систем спорт был прежде всего политикой. И сейчас каждая страна пытается доказать, что круче всех. В том числе и такими методами, как допинги, которые абсолютно противопоказаны организму.

— Когда дисквалифицировали Пылеву, Коржаненко или Титова, вы испытывали к ним сочувствие?

— Только человеческое. Они готовились, тренировались, убивались, рисковали... Но никогда не поверю в охи-вздохи для газет: мол, меня обманули негодяй доктор с негодяем тренером, сыпали в стакан порошок, а я ничего не знал. Не поверю в это! Разве только в том случае, если спортсмен подаст в суд и докажет там, что кто-то сознательно уничтожал его здоровье. Когда ты сам готов гробиться ряди больших побед и больших денег — твое право. Если же тебя использовали вслепую — пойди и докажи это.

ХИДДИНК МОЖЕТ ОБЛОМАТЬ СЕБЕ ЗУБЫ

— Год назад на Кубке Первого канала в Израиле вы сказали, что, как врач, утверждаете: футбол — это генетически не наш вид спорта.

— И считаю так до сих пор, хотя мне, футбольному болельщику с детства, очень хотелось бы думать иначе. Но все же полагаю, что это не наш вид спорта и большого пути у нас в нем не будет. Можно сколько угодно говорить о развитии детского футбола, строительстве стадионов, подготовке детских тренеров и так далее. Ну найдем пару-тройку Стрельцовых или Ворониных и пусть даже десяток хороших воротчиков — с голкиперами-то у нас всегда было хорошо. Но никогда мы не будем доминировать, как Кавказ в легких и средних весах вольной борьбы, как русские тяжи в греко-римской борьбе — начиная с Ивана Поддубного и вплоть до Карелина. Это генетика. Русские медведи — это про нас. А футбол — нет.

— Еще одно ваше утверждение: украинский футбол генетически лучше российского.

— Что в этом году Украина и подтвердила, выйдя в четвертьфинал чемпионата мира. Но даже не это главное. Вот евреи в среднем в шахматы играют лучше, чем казахи. Если толпой взять. Посадите десять евреев и десять казахов за доску — мы их обыграем! Так же и в футболе, если взять десять украинцев и десять русских со двора. Отвечаю вам: украинцы русских обмотают. Если только наши не применят грубую физическую силу (смеется). Они просто лучше это делают.

— Может, с помощью Гуса Хиддинка получится сделать футбол более «нашим»?

— Тяжелый вопрос! Одними новыми тактическими схемами делу не поможешь. Если бы Хиддинк все время сидел в России и мог систематически заниматься с командой... Сколько он времени у нас проводит?

— Во время сезона — примерно половину каждого месяца.

— Ну это еще ничего. Но с нами в любом случае иностранцу сложно. Если Хиддинк будет думать, что можно обойтись без палки, — ошибается. С Россией нельзя без палки. Хотя и без пряника тоже.

— Но удавалось же ему поднять нефутбольные страны — Корею и Австралию!

— Постойте. Корейцы — трудо-любивейший народ. До безумия. Недаром они держат едва ли не все бахчи в мире. Тренер сказал «надо» — кореец умрет, но выполнит. Что же касается австралийцев... Англосаксы вообще любят спорт. И меньше всего думают о деньгах, потому что у них жизнь слишком хорошая по сравнению с нами. Со школы дышат хорошим воздухом, бегают на шикарных полях... Я когда в Австралию приехал, одурел от обилия полей: там только спортом и заниматься! Сказка! Для них спорт — кайф, а если еще хорошего тренера дают, деньги платят и на чемпионат мира посылают — им больше вообще ничего не нужно.

У нас совсем другая история, поэтому Хиддинк может очень сильно обломать себе зубы. Тут тебе ни трудолюбивого корейца, ни спортолюбивого австралийца. Платите бабки — может, и буду тренироваться. Если мне понравится тренер. Если же не понравится, как в свое время мой друг Паша Садырин, — то пошел он подальше со своими тренировками. А вы говорите, корейцы и австралийцы...

НАДО БОРОТЬСЯ С ХАМСТВОМ

— На том же Кубке Первого канала вы возмущались речовка-ми спартаковских фанатов и даже обещали поставить вопрос в Госдуме, чтобы сквернословие каралось жестче. Поставили?

— Нет. Я в запале тогда сказал — просто очень противно все это было.

— Хотя вы и болеете за «Зенит», но, знаем, поддерживаете теплые отношения с Евгением Ги-нером и Валерием Газзаевым...

— Да, с Валерой и вовсе дружу. Звонил им в Португалию сразу после финала Кубка УЕФА, поздравлял с победой. Мой помощник Игорь — истовый цэ-эсковец, так что я желаю первого места «Зениту» и второго -ЦСКА, а он — наоборот. (По словам Порткова, после сезона-2003 ЦСКА пригласил Розенбаума на чествование в связи с золотыми медалями, но артист не поехал, сославшись на то, что его неправильно поймут в Санкт-Петербурге. — Прим. авт)

— Так что, наверное, не в последнюю очередь именно скандирование в адрес вашего друга вызвало у вас подобную реакцию?

— Я возмутился бы хамством в адрес любого человека. Но то, что услышал в адрес тренера, выигравшего для страны Кубок УЕФА, было за гранью добра и зла. В футболе нашего детства Льву Бурчалкину кричали: «Лева, задави его!» Или кому-то из гостей, упавшему на газон стадиона имени Кирова: «Вставай, здесь тебе не больница!» Это было самое грубое, что можно услышать на трибунах. А теперь...

— В 1984-м вы написали песню «Зенит» — чемпион», посвященную единственным в истории вашего любимого клуба золотым медалям.

— Не столько даже медалям, сколько людям, которые этой цели добились. Весь тот сезон я провел вместе с садыринскими ребятами. Во время официальных матчей сидел на скамейке с Садыриным, постоянно бывал на базе в Удельной, на несколько гостевых матчей съездил... Это было сумасшедшее время, о котором я никогда не забуду. Теперь, когда появляется возможность, мы с игроками той команды встречаемся как самые родные люди.

— Сейчас вы с «Зенитом» не так близки?

— Еще во времена Андреича (Юрия Морозова. — Прим. авт.) был близок. Но умер очень близкий мне человек, защитник, а потом администратор «Зенита» Леша Степанов — и связь как-то оборвалась. С Петржелой я был практически не знаком, не представляли меня и Адвокату. Из-за гастролей, заседаний Госдумы в Москве возможность прийти на «Петровский» практически отсутствует. Но за команду переживаю по-прежнему.

— И на песню новую, если золото возьмете, вдохновения хватит?

— А почему бы и нет?

РАДИМОВ ПОХОЖ НА МЕНЯ

— Есть ли предчувствие, что следующий сезон для «Зенита» может стать чемпионским?

— Все к тому идет. «Зенит» очень прилично усилился, да и тренер у него серьезный. По-моему, Адвокат — крепкий мужик с нормальной головой. Второй круг по крайней мере «Зенит» провел очень хорошо. Да, возникли проблемы с Кержаковым, но ведь вопрос не только в руководстве и тренере. Сам Саша -тоже непростой парень, книгу написал (многозначительная пауза)... Как разрушится ситуация с Кержаковым, сказать трудно, но никакого удивления, если «Зенит» с Адвокатом станет чемпионом, не испытаю.

— Даже при том, что в Питере все говорят о «руке Москвы»? Она, по-вашему, существует?

— Да. Она — в деньгах и в количестве функционеров.

— Так ведь главный функционер — Виталий Мутко — выходец из Питера!

— Московское лобби в футболе все равно выше, больше и толще. Но это не означает, что любую победу столичного клуба я считаю незаслуженной. Я за честную игру, за fair play. И если московская команда добивается «чистой» победы, признаю ее справедливость двумя руками.

— Как, кстати, к Мутко относитесь?

— Очень давно с ним не виделся. Но сам был свидетелем: когда Мутко был в «Зените», он очень любил футбол. Очень. И если теперь перенес эту любовь на нынешнюю свою работу, российский футбол имеет надежного и верного руководителя.

— Как относитесь к капитану «Зенита» Владиславу Радимову? Не находите, что по своей страсти, порой перехлестывающей за грань допустимого, он соответствует вашему девизу: «Лечить — так лечить, любить — так любить, гулять — так гулять, стрелять — так стрелять!»?

— Думаю, это действительно так. Лично с ним не знаком, но, похоже, он все делает до конца -и когда любит, и когда играет, и когда хулиганит... Я сам такой! И потому не мог бы Радимову сказать: «Влад, держи эмоции в руках!» — потому что сам эти эмоции расшвыриваю. Единственное, за что корил себя всю жизнь, — за вспыльчивость и несдержанность. Могу сцепиться с последним алкашом, если скажет мне какую-нибудь гадость -назовет, допустим, «жидовской мордой».

— После матча в Москве со «Спартаком», проигранного вашим любимым клубом на третьей добавленной минуте, Радимова около автобуса едва растащили с музыкантом Вячеславом Петку-ном. Свидетели утверждали, что Петкун оскорблял игроков. Кричал, что, мол, они продали матч.

— Петкун, говорите? Очень жаль, что меня не было рядом с Владом. Так и напишите.

КОГДА УВИДЕЛ СТРЕЛЬЦОВА – ПОДКОСИЛИСЬ КОЛЕНКИ

— С чего ваше увлечение футболом началось?

— Со двора, конечно. Мы все -дети двора. Потом отец повел на стадион имени Кирова. Почти сто тысяч народу, взрослые дядьки бегают (кажется, с Тбилиси играли), огромное поле, лимонад, мороженое... Здорово! Так и началась эта любовь. При этом есть виды спорта, которые люблю больше футбола. Бокс, разумеется, и легкую атлетику.

— Было, насколько знаем, в вашей жизни и фигурное катание.

— В детстве мама меня отвела заниматься на ленинградский стадион «Локомотив». В тот день, как сейчас помню, там каталась Татьяна Братусь, ныне Москвина. Почему-то запомнил это до мельчайших деталей. Но я быстро оттуда сбежал. Не мог раздвигать ноги в эти позиции -третью, пятую... Ужас какой-то. Хотя сейчас катаюсь на коньках. Правда, не на фигурных.

— Слова одной из ваших песен: «Пас отдал Рагулин, Толя Фирсов щелкнул — и Дзурилла шайбу достает». То есть к хоккею вы тоже неравнодушны?

— В прежние времена очень любил. Хоккеисты тогда были, как космонавты. Сейчас этого нет. Футболистов хотя бы «пиа-рят», а хоккеисты, которые в России играют, вообще в загоне: Хотя шайбе, думаю, нужно уделять не меньше внимания, чем футболу. Достижений-то у вида спорта неизмеримо больше. Это та самая генетика, о которой я говорил.

— Коль скоро вы — боксер, не спросить о вашем любимом виде спорта не можем. Кто вам больше нравится — Валуев, Маскаев, Кличко?

— Саша Поветкин. Если не задерет нос, продолжит работать с той же настойчивостью и в то же время скромностью, как сейчас, — у него большие перспективы. Но и остальных глубоко уважаю. Колю Валуева знаю с тех пор, когда его еще никто не знал. Он пришел из баскетбола и начинал на ринге очень слабенько. А сейчас прибавил — ой-ой-ой! Когда-то смотреть на него было забавно, а ныне — ничего забавного. Попробуй к нему подойди, попробуй «сложи» его так, чтобы дотянуться до челюсти! Интереснейшая история, поразительный прогресс.

— В мини-турнире между тремя чемпионами мира кто победил бы?

— Не знаю. Как карта легла бы. Маскаев — очень крепкий, добротный, этакий хозяйственный мужик на ринге. Кличко-младший — боксер талантливый, но нет в нем маскаевской силы и убежденности. Некоторые бои он роскошно выигрывал, но основательности старшего брата у Владимира не чувствуется. Поэтому — никаких прогнозов.

— Растиражированная в прессе история о том, что Валуев ударил какого-то деда на автостоянке, — по-вашему, басня?

— А вы сами подумайте. У Коли рука — оглобля. Если бы Валуев деда просто подтолкнул, того не было бы на этом свете.

— Какое ваше знакомство со спортсменом было самым ярким?

— Их много было — скажем, с Мохаммедом Али в Штатах в конце 80-х. Знал всех наших хоккейных звезд 70-х, а лихой, бесшабашный и в тоже время авторитетный Сашка Мальцев у меня больше всех ассоциируется с героем моего одесского цикла Сэмэном. Но самое яркое знакомство у меня до сих пор перед глазами. Сижу в номере гостиницы «Космос» в 87-м, кажется, году. Стучат в дверь, иду открываю — и у меня подкашиваются коленки. Меня трудно чем-то удивить и тем более выбить из себя, но тут на пороге стояли Эдуард Стрельцов и Игорь Численно.

— Вы с ними были лично знакомы?

— Нет. Просто в ту пору в стране был, как тогда говорили, «розенбум». Я был очень популярен. Великие спортсмены узнали, где живу, и просто пришли ко мне. Стрельцов сказал: «Александр, можно с тобой посидеть?» Что я мог ответить, кроме: «Эдуард Анатольевич, все, что угодно, хоть полежать!» Для меня Стрельцов был величайшим из величайших.

— И как посидели?

— (Расплываясь в улыбке.,) Шикарно!

Игорь Рабинер, Евгений Дзичковский
Спорт Экспресс, 29 декабря 2006 года


Комментарии

Оставьте ваше мнение

Имя
Email
Введите код 4006

vk rutube youtube

Марина Соболева
Андрей Ягунов
Владимир Шиленский
Сергей Крымский
группа Острог
Светлана Малахова
Сергей Гребенников
Олег Биркле
Игорь Дегтярёв
проект Столыпiнъ

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой. И нажмите Ctrl+Enter
Использование материалов сайта запрещено. © 2004-2015 Музей Шансона