Музей Шансона
  Главная  » Архив  » Заметки  » Николай Йоссер: «Есть в Коми такой поселок - Йоссер...»

Николай Йоссер: «Есть в Коми такой поселок - Йоссер...»

Представлять любителям русского шансона Николая Йоссера как дебютанта, пусть даже трижды яркого и талантливого, просто язык не поворачивается, или рука не поднимается (в смысле, при наборе текста на клавиатуре) — этот автор не молод, а главное, не является начинающим, пробующим силы и т.п. То, что в его дискографии пока только один, изданный в текущем году альбом "Зима — лето", свидетельствует не о запоздалом приступе графомании у Николая, а лишь о неповоротливости отечественных издающих структур, только сейчас заметивших этого зрелого, неслучайного в жанре артиста. Реальная жизнь и песенная стихия для Йоссера, как для настоящего поэта и песнотворца, не разделены ни условными, ни реальными границами. Поэтому и живет, и пишет он внимательно, обостренно, замечая и формулируя то, чего непоэт попросту не видит, о чем лишь смутно догадывается. Для знакомства с Николаем Йоссером мы предлагаем вашему вниманию не традиционное в подобных случаях интервью, а текст в жанре "герой — сам о себе, своими словами, in his own words", плюс блиц-анкета, плюс слова одной из песен.

Настоящее имя: Николай Мор.
Год и место рождения: 1956 год, Ивановская область, местечко Пучеж.
Семья: разведен, есть сын и дочь.
Владение музыкальными инструментами: в совершенстве не владею ни одним инструментом, не в совершенстве играю на гитаре, бас-гитаре, фортепиано.
Генеральная творческая задача: продолжать писать и исполнять песни.
Идеал творческой личности: Владимир Семенович Высоцкий.
Опыт пребывания в "местах не столь отдаленных": нет.
Отношение к религии: православный христианин.

Есть в Коми такой поселок, Йоссер, где сидело много хороших людей, "политических", по 58-й статье. Ребенком побывал там с матерью. Такая вот история выбора сценического имени.

Пролетарское происхождение, суровое детство. То, что отец — немец, было тогда фактически клеймом. А учился в одном классе с детьми местной аристократии — сыновьями заведующего районо, директора льнокомбината. Ходил в фуфаечке за шесть рублей, завидовал мальчикам, которые ходили в пальто. Мы, те, кто в фуфайках, били их жестоко. Зайдешь к соседу, а у них там на обед котлеты, пюре. Зовут за стол, а я отказываюсь, гордый. А сам вкуснее жареной картошки ничего не ел, сливочное масло, помнится, в девять лет впервые попробовал.

Музицировать начал класса с восьмого. Как это было в то время? Играешь на гитаре — значит, нравишься девушкам. Чуть позже, может, в девятом классе, попробовал сочинять. Помнится, был у меня хороший знакомый, литератор, даже член союза писателей. Ему я и понес на авторитетный суд свои стихи. Он с ними ознакомился и сказал мне: "Тебе надо в ремесленное поступать". А он был крут, у него был "Иисус Христос — суперзвезда" на катушке! Обломался я тогда основательно. Но сочинять не перестал.

Как это бывает? Нахлобучит, тоскливо, сядешь на кухне, закуришь... Ведь в принципе сам ничего не сочиняешь, все до тебя уже сочинено. Просто открывается тебе, образно говоря, некий файл, и получаются стихи. Случается, что напишутся несколько хороших строк и лежат месяцами, продолжить, оформить в стихотворение или песню не выходит, как ни пытайся. Все, не прет, файл закрылся!

А музыкант — это ведь как врач, лекарь души. Есть мнение, что музыкант ближе к Богу, что он наделен способностью общаться не только обычными словами, но особыми колебаниями, звуками, вибрациями. Тот же Кришна кем был? Флейтистом, музыкантом! Люди из воровской среды именно так и любят поговорить с музыкантом — не по понятиям, а по душам. Перед братвой своей он так открыться себе вряд ли позволит! Меня блатные спрашивают: "Ты ведь, Колян, нары не нюхал. Откуда тогда у тебя такие песни?" И тут же сами рассказывают мне такие истории, которые так и просятся на бумагу, в стихи, в песню. Эти истории не могут не тронуть мало-мальски чуткого, а тем более творческого человека. Совсем не нужно быть близким к блатной среде, чтобы ощутить драматизм подобных рассказов. Случилось как-то, что вопрос по поводу "сидел — не сидел" был задан одним молодым братком не по-доброму, с наездом. Я тогда ответил: "Нет, молодой человек, не сидел. Но я уже был в твоем возрасте, а ты в моем не был".

Помню, я слушал "Чикаго", "Дип Перпл", джаз-рок, и первое впечатление от Высоцкого было вообще никакое. Но когда я въехал, дозрел! Как из человека перла энергия! Рыжий, маленький — и такой сильный и непредсказуемый! Такому жизнь и подбрасывала истории, чтоб он их спел, — и про войну, и про тюрьму. Поэтому он и был своим для очень разных людей. Кстати, мне рассказывали, что от природы голос Высоцкого был выше и чише, чем тот, что всем знаком по песням и фильмам. И что его фирменная вокальная подача была сознательно наработанной, не врожденной.

По поводу моего интонационного сходства с Медяником мне сказали: "Слава тебя услышит, он тебя не полюбит". А у самого Славы тембр и манера исполнения чья? Аркаши Северного! Учителя-то одни. Кстати, Слава — один из моих любимых исполнителей шансона с замечательным, богатым и по-жанровому манерным голосом.

Мне нравится и как автор, и как исполнитель Олег Митяев. Как вокалист, я бы сказал, вокалист с предъявой на номер один в русском шансоне, — Григорий Лепс. Очень люблю своеобразного, колоритного певца Федю Карманова. Он мастер характерной босяцко-паианской манеры исполнения. Нельзя не упомянуть загадочного человека Кучина — настоящего мастера. И конечно, Высоцкий, Северный, еще очень нравится Алеша Дмитриевич. Люблю творчество Вертинского, а из современников — Танича.

Я не любитель всевозможных тараканьих бегов и не хочу никого конкретно и поименно осуждать и обсуждать. Но факт — в нынешний шансон, в отличие от прежнего, поналезло кого ни попади, людей, элементарно не знающих ни предмета, ни эстетики, ни проблематики. Просто открылась кормушка, все в нее поперли, и теперь девяносто пять процентов людей и песен в жанре — лишние.

Совсем не обязательно петь о вертухаях, колючей проволоке и уголовно наказуемом геройстве. Петь стоит о людях, о судьбах. А там ведь тоже люди! V меня много песен об отношениях мужчины и женщины, романсов. В плане издания они на подходе. Песня должна быть убедительной, а тематика — вопрос десятый. А по поводу блатной среды могу сказать одну важную вещь — именно в этой социальной группе мне встречались люди, чьи жизненные принципы, взгляд на жизнь, представление о справедливости и милосердии, отношение к данному слову, обещанию заслуживают настоящего уважения.

Картины жестокости и цинизма окружают нас везде и повсюду. К примеру, еду я как-то утром по Ярославскому шоссе и вижу на дороге изувеченный, разорванный труп сбитого машиной человека, который жрет бродячая собака, кормится! Тот, кто сбил, скрылся. И все едут мимо по своим делам. Мы остановились, собаке этой: "Кыш! Кыш!" А какой там уже "кыш"...

Вышедший в этом году диск "Зима — лето" умышленно составлен из моих наименее тяжелых песен. Зачем грузить слушателей, они и так каждый по-своему загружены! Хотелось включить в альбом светлые, не лишенные надежды веши, такие, как та же "Прослезились дожди". Делал я этот альбом сам. Хотелось бы записать на хорошей студии с хорошими музыкантами, но, как говорится: "Нэма золотого запасу!" С другой стороны, то, что все партии, все аранжировки свои -это хорошо. Потому что я и к самому себе претензии имею, а к другому аранжировщику тем более имел бы. Я постарался преподнести свои песни так, как слышу их сам. Спето все было буквально за одну ночь. Кроме этого, изданного варианта, у меня имеются все эти песни в другой, джаз-роковой версии. Но она, я считаю, не для широкой публики, а больше для музыкантов. Кстати, во время работы над этим альбомом случилась, помнится, настоящая катастрофа — один товарищ нечаянно уничтожил в памяти компьютера все результаты моего четырехмесячного труда! Я был в таком отчаянии, что дня три после случившегося бухал. Потом где по памяти, где просто заново восстанавливал.

Олег Шведов-Туранов начал работать со мной на этапе, когда альбом "Зима — лето" был практически готов. Я очень рад, что познакомился и сотрудничаю с этим замечательным продюсером. V Олега есть чутье, вкус, опыт. Это видно на примере того же Жеки, в популярности которого есть реальный вклад Олега. Если дело автора-исполнителя писать и исполнять, то дело продюсера — продюсировать, пробивать стены. Олег Шведов свое дело знает.

То, что в недалеком будущем, видимо, осенью, выйдет еще один компакт-диск, это вопрос решенный. А вот каким он будет, до сих пор непонятно. Дело в том, что среди моих неизданных песен много и мягких, лирических, и очень жестких, есть цикл казачьих. Сейчас материала лежит на шесть альбомов. В каком настроении делать новый альбом, я пока не решил. Олег считает, что в него должны войти разные по настроению песни. Что в итоге получится, я пока и сам не знаю.

Концертная работа тоже во многом зависит от моего директора. Ездим, выступаем. Были вот в Нижневартовске, сейчас собираемся в Питер, который я очень люблю. Там особая публика, и шансон там слушают правильный, недекоративный. Столица более пресыщена и вальяжна в этом плане, больше снобизма. Выступать пока приходится под минус или просто под гитару, потому что финансовой возможности привлечь на постоянную работу живых музыкантов нет.

Главное желание — чтобы побольше простых людей, так называемых рядовых слушателей услышало то, что я пишу и пою, чтобы пришлось им по душе. И конечно, ничего, ни шагу нам не сделать без Бога, без его ведома.

ИДЕТ ЭТАП

На изрисованных морозом стылых стеклах 
Твоей ладони теплой остается след. 
Я арестован и судом в краю далеком 
Приговорен пробыть ближайших десять лет. 
Разлучены несправедливым приговором, 
Одной надеждой будем вынуждены жить. 
Коль окрестили человека люди вором, 
В петлю не прыгнешь, значит, так тому и быть. 
Теперь в объятьях цепких лагерного мира 
Мой разум стынет, превращая душу в лед, 
И только волчий взгляд седого конвоира 
Свинцом горячим мое сердце обожжет.
ПРИПЕВ:
Идет этап, стучат-стучат колесики,
Токуют глухари в тайге на просеке,
И песня каторжанская доносится,
Да решка не дает на волю броситься.
А на цепи голодный пес как дьявол бесится,
Конвой в догоночку шмальнет, не перекрестится,
Беда с тоской на узких нарах не поместятся,
А десять лет — это не год,
А десять лет — это сто двадцать долгих месяцев.

Ты не пытайся мне писать любовных писем -
Любовь придется, как окурок, затушить, 
От нас на этом свете мало что зависит -
Мне нужно выжить, а тебе — нормально жить. 
Тебя прошу — не надо дачек и свиданок, 
Я в темный угол загоню печаль и грусть. 
И не ходи меня встречать на полустанок -
Таким, как был, к тебе я больше не вернусь. 
Забудь меня — тебе и мне спокойней будет, 
Дай Бог, и ты найдешь того, кто сердцу мил. 
Жизнь — это каменный карьер разбитых судеб, 
Их тяжкий молот беспредела раздробил. 
ПРИПЕВ.

Дмитрий Легут
ШАНСОН. Вольная песня, №4, 2005


Комментарии

26.02.2009 18:51 Ирина Волянская
Очень достойный артист, поэт и музыкант.
09.01.2010 23:17 Михаил Кумов
Замечательный исполнитель! Желаю творческих успехов от благодарного слушателя!
02.04.2011 13:30 Ириша [Москва]
Очень нравится этот артист, его голос, манера исполнения, стихи и музыка. Редкий талант,настоящий шансонье!
23.12.2011 17:23 Екатерина
Прекрасный автор-исполнитель! Особенно нравится его песня "Рождественская"!
05.01.2012 23:43 Елена
Достойный представитель жанра! Его песни мелодичны, тексты актуальны, голос впечатляет!
05.01.2012 23:44
СУПЕР!

Оставьте ваше мнение

Имя
Email
Введите код 6148

vk rutube youtube

Аня Воробей
Клавдия Шульженко
группа Мишки на Севере
Игорь Герман
Владимир Трошин
Валерий Шунт
Валерий Волненко
Игорь Карташев
Слава Корецкий
Юрий Истомин

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой. И нажмите Ctrl+Enter
Использование материалов сайта запрещено. © 2004-2015 Музей Шансона